?

Log in

No account? Create an account

September 2018

S M T W T F S
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      

Tags

Powered by LiveJournal.com

marchenk in music_action

Jean Ferrat - Nuit et brouillard

"Nuit et brouillard" - эта песня написана Жаном Ферра (Jean Ferrat) в 1963 году в память о Холокосте и всех жертвах нацистских концлагерей. Еще раньше в 1955-ом режиссер Ален Рене выпустил фильм с таким же названием - "Nuit et brouillard" (Ночь и туман) - шокирующую ленту, запечатлевшую то, что осталось от тысяч узников Аушвица - горы очков, срезанных волос, сувениры, сделанные из человеческой кожи, мыло, кочаны капусты, выросшие на грядках, удобренных пеплом из крематория.

Кинорежиссер Франсуа Трюффо, опубликовав рецензию, сказал так: "Об этом фильме практически невозможно говорить в терминах кинокритики. Речь идёт не о документе, не об обвинительной речи, не о поэме, а о размышлении над важнейшей проблемой двадцатого века". Фильм был отмечен премией Жана Виго и отобран для конкурсной программы Каннского кинофестиваля 1956 года. Однако, уже будучи отобранным, фильм оказался исключенным после того, как французская цензура потребовала изменений, а посол Западной Германии, со своей стороны, отправил официальный протест французскому министерству иностранных дел. Цензура требовала устранить из фильма пятисекундный кадр, в котором мы видим толпу депортируемых евреев, а на вышке - обозревающим эту толпу распознаваемого по униформе французского офицера - зачем подчёркивать, что французы принимали в этом участие?

Их было двадцать и сто, их были тысячи, -
Голых и худых, дрожащих, в этих пломбированных вагонах,
Которые рассекали ночь скрежетом своих когтей.
Их были тысячи, их было двадцать и сто.

Они считали себя людьми, но отныне стали лишь числами -
С тех пор, как их "я" были отброшены.
Когда рука опускается вновь, остается лишь тень,
Они не должны были никогда вновь увидеть лето.

Монотонный бег, без спешки времени.
Упрямо пережить еще день, еще час.
Сколько оборотов колес, остановок и отправлений
Не переставая дистиллировали надежду.
Их звали Жан-Пьер, Наташа или Самуил,
Кто-то молился Иисусу, Яхве или Вишну.
Другие не молились, но, вне зависимости от небес,
Они просто больше не хотели жить на коленях.

Не все они прибыли к концу поездки.
Те, кто вернулись, - могут ли они быть счастливыми?
Они пытаются забыть, удивляясь, что в их возрасте
Вены на их руках так посинели.
Германцы караулили на сторожевых вышках.
Луна молчала, как молчали вы, -
Глядя вдаль, глядя в сторону.
Ваша плоть была такой лакомой для полицейских псов.

...Сейчас мне говорят, что эти слова больше не в ходу,
И что лучше всего петь песни о любви,
Что кровь быстро высыхает, впадая в историю,
И что незачем брать гитару.
Но кому по росту попытаться меня остановить?
Тень стала человеческой, и сегодня - лето.
Если было бы нужно твистовать слова - я бы твистовал,
Чтобы однажды ваши дети узнали, кем вы были.

Их было двадцать и сто, их были тысячи, -
Голых и худых, дрожащих, в этих пломбированных вагонах,
Которые рассекали ночь скрежетом своих когтей.
Их были тысячи, их было двадцать и сто.

Jean Ferrat - Nuit et brouillard (студийная запись)


Jean Ferrat - Nuit et brouillard (слайд-монтаж в память о Холокосте)


Ils étaient vingt et cent, ils étaient des milliers
Nus et maigres, tremblants, dans ces wagons plombés
Qui déchiraient la nuit de leurs ongles battants
Ils étaient des milliers, ils étaient vingt et cent

Ils se croyaient des hommes, n'étaient plus que des nombres
Depuis longtemps leurs dés avaient été jetés
Dès que la main retombe il ne reste qu'une ombre
Ils ne devaient jamais plus revoir un été

La fuite monotone et sans hâte du temps
Survivre encore un jour, une heure, obstinément
Combien de tours de roues, d'arrêts et de départs
Qui n'en finissent pas de distiller l'espoir

Ils s'appelaient Jean-Pierre, Natacha ou Samuel
Certains priaient Jésus, Jéhovah ou Vichnou
D'autres ne priaient pas, mais qu'importe le ciel
Ils voulaient simplement ne plus vivre à genoux

Ils n'arrivaient pas tous à la fin du voyage
Ceux qui sont revenus peuvent-ils être heureux
Ils essaient d'oublier, étonnés qu'à leur âge
Les veines de leurs bras soient devenues si bleues

Les Allemands guettaient du haut des miradors
La lune se taisait comme vous vous taisiez
En regardant au loin, en regardant dehors
Votre chair était tendre à leurs chiens policiers

On me dit à présent que ces mots n'ont plus cours
Qu'il vaut mieux ne chanter que des chansons d'amour
Que le sang sèche vite en entrant dans l'histoire
Et qu'il ne sert à rien de prendre une guitare

Mais qui donc est de taille à pouvoir m'arrêter ?
L'ombre s'est faite humaine, aujourd'hui c'est l'été
Je twisterais les mots s'il fallait les twister
Pour qu'un jour les enfants sachent qui vous étiez

Vous étiez vingt et cent, vous étiez des milliers
Nus et maigres, tremblants, dans ces wagons plombés
Qui déchiriez la nuit de vos ongles battants
Vous étiez des milliers, vous étiez vingt et cent

Рикёр П. Память, история, забвение.

Comments